Париж, день четвертый. Понедельник, 28 июля

Начиналось так. Не совсем раннее утро. В ожидании девицы балуюсь, снимаю нашу скромную гостиницу — пусть будет. Завтракаем с чувством, с толком, с расстановкой в кафе — с нашими приблизительными сегодняшними планами совершенно непонятно, где и как мы будем обедать. Да и просто хорошо это — сидеть с утра в кафе и никуда не торопиться. Пробежка по лестница-переходам метро — и мы снова у Лувра.

Несерьезное. Внутренний двор с садовой скульптурой. Постамент несуществующего памятника. «Времена года» — три весьма ординарные дамы, Весна, Лето и Осень. И вдруг четвертым в группе — вот этот озябший зимний старикашка. Чуть позже — взгляд из окна на очередь-в-которой-мы-опять-не-стояли.

А у нас на пути — старинные двухмерные-эфемерные французы. И голладцы. Сюжетные бытовые картины, каждую из которых можно разглядывать с полчаса. И вот интересно, только меня в Галерее Медичи тянет… гмммм… расхохотаться? Нет, ну каков размах у ее величества, и художника она отыскала подходящего :-)

Отдельной строкой — Рембрандт.

И перерыв, но перед перерывом — балкон. Вот туда, на площадь, мы сейчас спустимся, будем сидеть на бортике фонтана и делать ничего.

И вернемся в Лувр. В четвертый и последний раз.
Я, кажется, что-то там говорила про «не снимаю в музеях»? Извините, совравши.
Она ведь тоже из того моего детского черно-белого фотоальбома…

Совершенно бесполезный узелок на память: никогда-никогда-никогда не ходить в итальянские залы Лувра в понедельник. Мы, собственно, не ходили — мы там были накануне. А сегодня я пришла проститься с Никой, и мы заглянули в итальянскую галерею сбоку, с лестницы. Ого. Ага. Зря я считала, что вчера там была толпа. По сравнению с сегодняшней толпой вчера там была пустыня.

На контрасте напоследок — тихие малолюдные залы. Месопотамия и иже с ней. Тысячи мелочей в витринах и даты-числа, не укладывающиеся в голове. Кодекс Хаммурапи, еще один привет из детской книги о языке.

Выходим из Лувра. Так. Опять. Ноги недвусмысленно выражают протест. Хвала газону, на котором мы устроились с бутербродами среди таких же утомленных высоким искусством туристов. Некоторые, между прочим, крепко спят.

А кстати, мы же еще вчера собирались разобраться с этим колесом?

Вверх и вниз.
Над каруселями.
Над Риволи и Пирамидами.
Над крышами.

Над Тюильри и над Лувром.

Над Парижем.
И снова над крышами.
Ой.
Люблю детали, да.

Проходим через резвеселую ярмарку и назад по Риволи — к площади Пирамид. И решаем изменить планы. Сбежать в другой Париж.

На метро — до площади Республики. Устраиваемся в кафе на углу. Глазею на солидное здание напротив и вспоминаю, как лет двенадцать назад мне, архитектурному дикарю, монреальский кучер-экскурсовод рассказывал про дома с разными окнами. Снизу побольше, сверху поменьше. Чтобы дом казался выше, чем есть. Так, девица, а что это там наверху, среднее окно под крышей? Скворечник?
Ага. Скворечник.

Пешочком — к каналу Сен-Мартен. И вдоль канала, глазея по сторонам, с остановками и передышками.

До самого конца, совсем непарадного. А оттуда — на метро по прямой до нашей площади Италии.

P.S. Вот интересно, почему основная музыкальная тема в «Старой-старой сказке», которую мы досмотрели в тот вечер, так поразительно местами похожа на Moon River?

P. P.S. Полный альбом лежит здесь.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *