Блиц-прогулка. Вхожу в метро, никого не трогаю

специально для
OdnovrЕmennO

Совершенно незапланированное.

Расставим декорации. Собственно, я, как хорошая, вооружилась камерой и отправилась в город. Дорога обычная, я так двадцать с лишним лет передвигаюсь: автобус, наша станция метро Runnymede. Сейчас опять заведу свою шарманку: метро у нас… В общем, спасибо, что вообще имеется, об остальном помолчу. Данная конкретная станция построена в 1968 году по тогдашнему типовому проекту, скучному донельзя. У нас таких станций много, отличаются они друг от друга исключительно цветом кафельной плитки на стенах, и каждая (тут я опять повторяюсь) неизбывно напоминает общественную душевую в пионерлагере времен моего детства. На нашей к тому же сейчас разгром: в старые станции медленно и последовательно встраивают лифты, попутно делают ремонт. Вот и до нашей очередь дошла. Фанерные загородки, снятые подвесные потолки, грязь снаружи на тротуарах и прочие сомнительные радости. Обычно это бодяга минимум на пару лет, у нас в метро быстро ничего не делается.

Понятное дело, что передвигаюсь я по станции строго на автопилоте, занятая своими мыслями. Вход в один из двух наземных вестибюлей, спуск в нижний вестибюль к турникетам, оттуда – спуск на платформу. Пожалуй, и с закрытыми глазами смогла бы, если бы не риск врезаться в собрата-пассажира. Ну и возле турникетов глаза все-таки приходится поднять, вслепую карточку прикладывать – это высший пилотаж, это я не умею.

Ой, что это?

Тээээк… Разворачиваюсь назад, оттуда я только что пришла. О-пань-ки, слона-то я и не приметила со своим автопилотом.

Вот с этого места, пожалуйста, подробнее. И да, мне не надо разбирать подпись, чтобы узнать, как зовут художника, потому что я милого узнаю по походке мы с девицей давным-давно узнаем его по стилю. Уличный художник Elicser, он же – Джабари Эллиот. Фотографии его работ в этом журнале мелькали много раз, и еще я отдельно рассказывала про дерево и про показательное выступление на главной городской площади.

Большое панно в нижнем вестибюле между эскалаторами (сильно увеличивается по клику).

Панно в нижнем вестибюле за турникетами. Всё?

Поворачиваю к выходу на платформу. Не-а, не всё.

Подробнее.

И опять не всё. На обратном пути выяснила, что автопилот – он такой автопилот. Панно в верхнем вестибюле, где выход на улицу, я тоже ухитрилась проскочить.

На всякий случай потопала в другой уличный вестибюль, его наполовину снесли, именно там будет лифт. Ну а вдруг? Ага, точно.

Собственно, дома я добралась до информации. И так была в курсе, что старые станции метро пытаются несколько оживлять с помощью художественных проектов. Вот чего не знала: раньше это происходило бессистемно, а сейчас каждый такой проект привязывают к очередному ремонту с постройкой лифта. Конкурс, победители, бюджет, финансирование – всё, как у больших. Собственно, кое-что я уже показывала. Не уверена, что станцию Музей переделывали в рамках этой программы. А вот плитка на станции Dufferin и улитки на станции St. Clair West – точно из этой серии. Результаты, надо сказать, выходят разные: например, станция Ossington нынче вся в странных пластиковых пупырышках, эту художественную концепцию я вежливо не понимаю.

Вот в таком конкурсе и победил Elicser. Называется проект Anonymous Somebody, и вот здесь я предложу знающим английский попытаться перевести по смыслу, мне не удалось поймать интонацию. Сейчас на очереди семь станций, семь утвержденных проектов, я прочитала про них и пришла к выводу, что задрипанная старенькая станция Runnymede вытянула самый счастливый билет.

И еще (шепотом) мне кажется, что окончание следует. Потом когда-нибудь. Потому что на каждой из платформ я углядела участок стены, подозрительно очищенный от плитки до бетона…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *