Отпускное вразнобой-2. Цветочки-пташечки и прочее лето

Продолжение предыдущей записи, на этот раз сваливаю в кучу всё негородское. Лета вам в ленту.

Осколок номер три. Болшево. В Болшево мы бываем в гостях в лучшем доме на земле, про который я не раз писала.И гуляем по тамошней округе, где имеется большой пруд, в котором выращивают карпов, и чудесная заросшая речка. И щедрый июль.

Дальше – в том же духе

Отпускное вразнобой. Амстердам-Москва

Разгребаю отпускные осколки и вспоминаю любимый анекдот про машинистку, которая печатает со скоростью 1000 ударов в минуту. Да-да, печатает. Такая ерунда получается…

Ладно, что получилось, то получилось. Набралось осколков на одну городскую запись, одну не очень городскую запись и отдельный рассказ с картинками про город в России, где я раньше не бывала. Ну и еще про Амстердам, день второй, который был показан вне очереди .

Ладно, поехали. Поскольку картинок не так чтобы много, к ним еще прилагается всяческий не имеющий отношения к делу трёп.

Осколок номер раз. Амстердам, день первый, 30 июня

Для затравки хороша была бы фраза “день в Амстердаме начинался так”. Но это будет не совсем правда.

Дальше?

Banksy и не только. Про маленький гешефт и всякое прочее

специально для
OdnovrЕmennO

Нынешняя прогулка, собственно, не прогулка, а картинки с выставки Бэнкси. И хотя Бэнкси я предпочитаю в естественной среде, на выставку мы с девицей решили всё-таки сходить.

Пойдем?

Несостоявшаяся прогулка. Не сходя с крыльца.

Не очень удачная фотоохота за городской фауной. Это я пару недель назад пролетела мимо прогулки с проходимцами, тема там была “Окружающая среда”. Богатая тема, да только у меня неделька тогда не задалась, работа свалилась в тройном размере. Так что по вечерам я эдаким выжатым лимончиком прикатывалась домой, выползала на заднее крыльцо и созерцала оттуда эту самую окружающую среду. Ну и заодно поставила нечаянный эксперимент: сколько представителей этой самой среды попадут в объектив, если не особенно напрягаться, но всё-таки не забывать камеру на крыльцо прихватить.

Городская фауна у нас, надо сказать, богатая. Если сюда кто-то еще заглядывает из давних моих друзей, некоторые из них помнят разговоры про выселение енотов с крыши, скунсов из подпола (вот тут мы чуть не сдохли, честно), белки вместе с гнездом из трубы, скворцов из подвала. И кого-нибудь я обязательно забыла. Но по заказу они в гости не приходят. Бандиты еноты в основном гуляют по ночам, скунсы – тоже, опоссум вчера пробегал, но позировать не собирался, сурка из норы под поленницей выселил слишком любопытный соседский длинный узкий кот Оскар (тм). Так что пришлось мне пробавляться в основном птицами и всякой мелочью.

Вот, например. Очень ординарная птаха. Сидела на черешне и недоверчиво косилась на затаившегося в смородине кота Оскара. Думаете, воробей?

Как бы не так

Что выросло, то выросло. И осколки

специально для
OdnovrЕmennO

И снова не прогулка, а пробежка с телефоном. В основном по набережной по-над озером Онтарио. И даже не столько по самой набережной, которую я показывала уже не помню сколько раз, сколько по находящимся на ней паркам и скверам.

Дальше?

Город на бегу, с миру по нитке

специально для
OdnovrЕmennO

Совершенно не получается у меня нынче гулять подробно, с чувством, с толком, с расстановкой и с камерой. Поэтому нынешняя прогулка – короткая, бестолковая и большей частью телефонная. Городские осколки.

Осколок первый, культурный слой. Disclaimer: конкретно эту фотографию сделала по моей просьбе девица. Специально сходила, чтобы, значит, с солнышком.

Дальше?

Мы – охотники за удачей

Сегодняшнее вечернее. Погоды у нас нынче стоят предсказанно мерзкие – ночью в минус, днем в небольшой плюс, ветер и с неба сыплется то ли дождеснег, то ли снегодождь. К вечеру развиднелось, выползаю на крыльцо, глядь – во дворе гости. Шумные довольно, ну надоело им всё это, сказано – весна, значит – весна.

Очередной двести двадцать пятый странствующий дрозд, он же – американский робин, вид с тыла.

И только небо тебя поманит

Город на бегу, март россыпью

Городское телефонное, набежало, не оставлять же до лета.

Начнем. Наверху слева – во второй раз в жизни такое вижу, солнечная метель. А я и прочие ошалевшие прохожие стоим ровно на границе между солнцем и метелью на перекрестке Yonge & Bloor, задравши головы. И срабатывает моя странная память: в первый раз была не метель, а отвесный солнечный ливень, мне было лет шестнадцать, я сидела в мамином белом шелковом платье на горячих сухих качелях в старом московском дворе, в глаза било солнце, а в двух шагах шумел дождь. Ждала одного известного фотографа, у которого собиралась купить несколько фотографий Высоцкого. Он опаздывал, а когда наконец появился, вместе с ним появился Зиновий Ефимович Гердт, и я сразу разучилась разговаривать. И потом увидела на обложке киножурнала фотографию, сделанную явно в тот день в той квартире-студии.

Наверху справа. One King Street West. Между прочим, оба здания – небоскребы. Только из разных столетий.

Внизу – головной магазин Компании Гудзонова залива. И вечер, и мой любимый свет.

+3 коллажа

В гостях у пионеров, часть 2

специально для
OdnovrЕmennO

Окончание неспешной прогулки по пионерской деревне у Черного ручья. Начало – здесь.

Продолжаем с того же места. Снова водяная мельница, только поближе.

Дальше?

В гостях у пионеров, часть 1

специально для
OdnovrЕmennO

Сегодня, дорогие друзья и сообщники, я вас приглашаю в гости к пионерам. Нет, не к тем, что с красными галстуками, горнами, барабанами и “Взвейтесь кострами”. А к тем, которые знакомы, например, читателям Фенимора Купера.

Итак. Один из моих любимых музеев Торонто, который я ухитрилась ни разу вам не показать. Музей под открытым небом Black Creek Pioneer Village, то бишь деревня пионеров у Черного ручья. На месте музея с начала XIX века находилась ферма, принадлежавшая господину Дэниелу Стронгу, от нее сохранились два фермерских дома и хозяйственные постройки. Открылся музей в 1960 году, сейчас в его коллекции – около сорока зданий XIX века, в большинстве своем перевезенных из разных уголков провинции Онтарио и оформленных в стиле 60-х годов того самого XIX века.

Музей обычно открывается в конце весны и закрывается осенью. Деревня-то пионерская, электричество там далеко не везде, а отопление исключительно дровяное. Еще его открывают под Рождество и во время весенних каникул. Я там во времена оны бывала много раз с маленькой девицей и снимала, конечно. Но на плёнку. А заехать туда еще разок с цифровиком вечно было недосуг – и добираться долго, и народу там обычно полным-полно. А тут карты хорошо легли: туда как раз метро провели недавно, и весенние каникулы, и свободный день. Ну мы с девицей и направились.

Для затравки – вид от ворот. Амбар Дэниела Стронга, 1825 год, где построили, там и стоит.

Пойдем гулять?